Московский ПатриархатУкраинская Православная Церковь

Официальный сайт

Протоиерей Олег Кручинин, Мария Цырлина

Этот трудный церковнославянский

Протоиерей Олег Кручинин

Протоиерей Олег Кручинин

Ежегодно в конце мая отмечают День славянской культуры и письменности. Особо торжественно его празднуют в Болгарии, где несли своё миссионерское служение святые братья Кирилл и Мефодий. Каждый школьник в этой стране знает «Гимн святых Кирилла и Мефодия», составленный в 1892 году учителем музыки Стояном Михайловским. В этот день устраивают «праздники букв» и викторины, портреты святых братьев-просветителей украшают цветами, возлагают их и к подножию памятников в их честь — их в Болгарии немало.

Язык, на который было переведено Священное Писание Кириллом и Мефодием, был живым, на нём говорило одно из славянских племён, живших в Византии. Так как в то время языки славян ещё не отличались друг от друга в такой мере, в какой они отличаются теперь, неудивительно, что богослужебные книги, написанные на языке болгарских славян, были понятны и всем остальным, а потому все славяне, которые исповедовали православную веру, приняли эти книги и стали ими пользоваться.

Сегодня церковнославянский достаточно близок лишь к одному современному языку — болгарскому. Все остальные славяне могут понимать его лишь со словарём в руках или специально изучая. Но стоит ли Церкви из-за этого отказываться от многовековой традиции и менять красоту богослужения на обыденную современную речь? Об этом — настоятель Борисо-Глебского храма в Часов Яре протоиерей Олег Кручинин.

 

Церковнославянский языкВыйти за пределы обыденного

Говоря о том, почему мы сегодня служим на церковнославянском языке, я бы поставил вопрос шире. Давайте объясним, зачем священники в храме надевают особые облачения. Что, Бог не услышит наших молитв в современных одеждах? Зачем мы даже днём зажигаем свечи, а в особо торжественные моменты службы — огромную люстру, паникадило, ведь вокруг и так светло? Зачем хор исполняет древние песнопения, а чтецы читают древние псалмы? Зачем храмы увенчаны куполами, а не имеют вид обычных домов? Зачем нам ладан, колокольный звон, иконы и другие атрибуты православного богослужения?

Если мы начнем на каждый вопрос искать ответы, связанные с материальными причинами, то всё сведётся к одному: так было принято исторически, так заведено. Но если от материализма истории обратиться к нашей душе и чувствам, то мы скажем, что без всего этого православный храм представить невозможно! Это то, что делает храм храмом, что хоть ненадолго переносит нас из суеты повседневных будней в особое состояние общения с Богом!

Да, можно молиться на улице, в маршрутном такси по пути на работу, можно и нужно общаться с Богом непрестанно (1 Сол. 5:17), но всё-таки в храме соборная молитва имеет особый смысл и особую силу благодатного воздействия на душу.

Так и с языком богообщения. Церковнославянский, как и любой другой язык, несёт в себе минимум две функции. Первая — передача информации. Например: «Мама мыла раму» — известная фраза из букваря. То есть, какая-то мама наводит порядок в доме. Но мы не можем понять, сколько лет маме, часто ли она моет рамы и доставляет ли ей это хоть какое-то удовольствие. Понятно нам это станет, только если мы услышим живую речь или прочитаем продолжение истории. И тогда из интонации, темпа речи, настроения, с которым говорит наш рассказчик, мы узнаем много интересного.

Отсюда следует вторая функция языка — передача не только информации, но и настроения, эмоций, деталей, что зачастую неотделимо друг от друга. Церковнославянский — не только древний, но ещё и удивительно красивый язык, наполняющий нас возвышенным настроением.

Давайте переведём на современный язык фразу: «Отверзу уста моя, и наполнятся Духа…». Получится: «Открою рот мой…» Вроде бы информация передана правильно: человек собирается прославить Бога в молитве, — но глубина и торжественность момента уже утрачены.

Или фраза из Символа веры: «Чаю воскресения мертвых». Что такое «чаю» — это «ожидаю»? То есть, как на вокзале ожидают прибытия поезда, так и я сижу и жду, когда же воскреснут мёртвые? Нет, в славянском языке «чаю» — «чувствую, что это будет». Похоже на «ожидание», но окраска уже иная.

Известные нам молитвы настолько вошли в нашу культуру, они написаны настолько возвышенно, что кажется, по-другому уже не скажешь.

Переступая церковный порог, человек попадает в другую реальность. Церковнославянский язык, который не используется в повседневной жизни, передаёт тонкости богословской мысли, которые трудно передать современным языком. Это и отличает его от обыденной речи.

 

Церковнославянский языкФакты о славянской азбуке

  • Кириллица была не первым вариантом письменности для славянских народов. Почему святые братья не использовали для письма уже существовавшие у славян «черты и резы»? Вероятно, они мало подходили для этого языка. Учёные обнаружили надписи, сделанные «чертами и резами» — они очень похожи на руны. Возможно, это была неудачная попытка заимствования чужого письма для своего языка. Первоначальным вариантом славянской азбуки была глаголица. Однако она оказалась слишком сложной для запоминания. Поэтому следующим вариантом азбуки для славян стала кириллица.
  • Несмотря на название, большинство учёных склонны считать святого равноапостольного Кирилла создателем глаголицы, а авторами кириллицы — его учеников.
  • Славянская азбука создавалась под влиянием греческого языка, в котором букв больше, чем звуков. Поэтому в церковнославянском алфавите 41 буква, которая передаёт всего 28 звуков.
  • Греческие буквы кси, пси, фита, ижица, омега были включены в алфавит славян специально для передачи заимствованных слов.
  • ГлаголицаТри буквы попали в азбуку из древнееврейского языка. Ш, Ц и Ч передавали звуки, которых не было в греческом, но которые присутствовали в иврите.
  • Особенная буква — Ж (живете). Она была изобретена просветителями славян специально, поскольку подобного звука не было ни в одном из знакомых авторам азбуки языков.
  • «Странные» названия церковнославянских букв на самом деле — шпаргалка для их запоминания. Просветители славян составили из слов, которые начинаются на эти буквы, осмысленный рассказ, чтобы любой неграмотный крестьянин смог легко их выучить. «Аз букы веди, глаголю: добро есть живете, иже и како люди мыслите. Наш онъ покой. Рцы слово твердо…» — «Я буквы знаю, говорю: хорошо вы живёте, и как все люди мыслите. Наш дом там. Говори слово уверенно». С течением времени слова этого «послания» братьев славянским народам интерпретировали как названия букв. Они стали мало похожи на слова, а от некоторых, как от слова «херувим» (буква херъ), и вовсе дошли только первые слоги. Что дальше братья говорили о херувимах — теперь уже никто не узнает.

 

Церковнославянский языкЦерковнославянский — язык вне времени

Ещё одна причина — в том, что любой современный язык периодически подвергается реформам. Так, например, совсем недавно была утверджена новая редакция украинского правописания. Такие же процессы идут и в других языках. Естественно, любые реформы вызывают у части населения радость, а у части — недовольство. Церковнославянский язык практически не меняется.

Конечно, здесь тоже происходит редактирование отдельных слов и понятий («напрасно Судия приидет…» в утренних молитвах заменено на «внезапно Судия приидет…»), пишут новые богослужебные тексты, молитвы и акафисты, но основа языка остаётся прежней.

Как-то прихожанка нашего храма принесла молитвослов 1880-х годов, который ей достался от прапрабабушки. И когда я открыл его, то прочитал те же молитвы, которые мы читаем сегодня. Единственное отличие — молитвы за императора. Всё остальное практически совпадало.

Церковнославянский, с одной стороны, язык древний и, можно сказать, устаревший. Но, с другой стороны, это своего рода «генетический код» народа, с помощью которого передаётся не только прямая, но и косвенная информация.

Часто говорят, что этот язык непонятный. На самом деле непонятен не сам язык, а его насыщенность богословскими понятиями, именами библейских героев, ссылками на события Священной истории. Сложность вызывает не столько язык, сколько наши пробелы в знании Священного Писания и учения Церкви.

В Великом посту мы читаем самый продолжительный православный канон — Великий покаянный канон преподобного Андрея Критского. Сегодня в интернете есть его современные переводы. Но если мы не знаем, кто такие Лия и Рахиль, Офни и Финеес, Ианни и Иамври, то на каком бы языке этот канон не читали, отсутствие знаний Ветхого Завета всё равно не позволит понять всей глубины этого древнего текста. Не случайно пресс-служба Горловской епархии в своё время подготовила специальный проект «Кто есть кто в Каноне Андрея Критского?», позволяющий лучше понять его содержание. Такие же толкования есть и на основные молитвы.

В Византии Новый Завет читали на понятном тогда греческом языке. Зачем же тогда Василий Великий, Иоанн Златоуст и другие святые отцы делали подробные комментарии на эти тексты? Значит, дело не в понятности или непонятности языка, а в нашем богословском образовании, в желании открывать для себя красоту Православия.

Отдельная тема — качество чтения в наших храмах. Если тексты читают невнятно или скороговоркой, чтобы поскорее «вычитать» и пойти домой, то никакой красоты в такой службе не будет.

 

Церковнославянский языкЗнакомые незнакомые слова

Из-за близкого родства языков многие церковнославянские слова имеют соответствия в русском: они почти такие же, разве что звучат и склоняются немного иначе. Именно это сходство — ловушка для тех, кто начинает изучать церковнославянский. Ведь он относится всё же совсем к другой ветви языков — не восточно-, а южнославянской. С течением времени значения слов в этих когда-то родственных языках разошлись, как в море корабли, а некоторые слова и вовсе случайно совпали по звучанию с русскими.

  • Например, «судьба» в церковнославянском — постановление, закон (от «суд, судить»), и когда в молитве мы произносим «Скажи мне, Господи, судьбы Твои», мы не просим Бога предсказать наше будущее. «Понос» значит поношение, а «глумиться» — поучаться. «В заповедех Твоих поглумлюся» — значит «поучусь», «порассуждаю» о заповедях.
  • Та же история со словом «вонь», которое в других славянских языках не развило значения «неприятный запах». В польском языке духи и одеколоны называют «вонявки». А в церковнославянском «в воню благоухания духовнаго» значит «в аромат благоухания духовного».
  • «Область» — «власть». «Область даст Ему и суд творити» (Ин. 5, 27) — «даст Ему власть и суд вершить» (а не лишь какую-то область).
  • «Повесть» — «расскажет». «Еда кто повесть во гробе» — «разве кто расскажет в могиле…»
  • «Успеть» — «уснуть» (чаще — сном смертным). Некоторые необразованные прихожане из-за путаницы слов считают, что праздник Успения назван так потому, что апостолы успели проститься с Богородицей (кроме апостола Фомы, который не успел).

Многие церковнославянские слова и вовсе сегодня непонятны. Что такое «Премудрость, прости» («Премудрость! Станем прямо»), «плесне и глезне» («стопы и лодыжки»), «сходники» («разведчики, соглядатаи»), «гаждение» («порицание»), «гобзование» («изобилие»), знает и помнит далеко не каждый, присутствующий на богослужении.

  • «Не сердце ли наю горя бе в наю» (Лк 24:32) — «Не сердце ли наше горело в нас?»
  • «Уне есть да Аз иду» (Ин. 16:7) — «Лучше для вас, чтобы Я пошёл».
  • «Озоба их вепрь от дубравы и уединенный дивий пояде и» (Пс. 79, 14) — «Лесной вепрь подрывает ее, и полевой зверь объедает её».
  • «От малых от земли раздели я в животе их, и сокровенных твоих исполнися чрево их: насытишася сынов и оставиша останки младенцем своим» (Пс. 16, 14) — «от людей — рукою Твоею, Господи, от людей мира, которых удел в [этой] жизни, которых чрево Ты наполняешь из сокровищниц Твоих; сыновья их сыты и оставят остаток детям своим (избави душу мою)».
  • «Во юдоль плачевную» (Пс. 83, 7) — «В долину плача».
  • «Взбранной воеводе победительная…» Эти славянские слова дословно соответствуют греческим: te hupermakho stratego ta niketeria. Большинство молящихся уверенно относят слово «победительная» к Богородице и полагают, что это Она так именуется. В греческом же слово niketeria означает особый жанр, песнь, повествующую о победе над врагами, которую и обращают (по-славянски «восписуют») Богородице молящиеся.
  • «Заблуждшее горохищное обрет овча» — «Нашёл заблудившегося ягнёнка, которого похитили горы».
  • «Ангельскими невидима дориносима чинми» — дорис по-гречески «копьё», в древности царя-победителя поднимали на щите, поддерживаемом копьями. «Дориносима» — «с честью носимого».

 

Воскресная школа Борисо-Глебского храмаСтоит ли менять язык богослужения?

Сегодня в Церкви есть как сторонники, так и противники церковнославянского как языка богослужения. Последние бьют тревогу и говорят, что всего через несколько десятков лет он окончательно перестанет быть понятным: ведь русский живёт и развивается, а церковнославянский остался «мёртвым» книжным языком, с каждым десятилетием — всё более архаичным и непонятным для нас.

Споры о том, на каком языке молиться Богу, возникли не сегодня. На самом деле, им больше веков, чем самому церковнославянскому языку. Вот лишь некоторые факты:

  • В Ветхозаветной Церкви был единый язык богослужения — древнееврейский. Это объяснялось тем, что на призыв Бога покаяться и следовать за Ним откликнулся в то время один-единственный народ. У этого народа был, конечно же, один язык общения, который стал также и языком их молитвы и священных текстов. Но уже иудеям эпохи, близкой ко времени пришествия Спасителя, приходилось отстаивать право молиться на этом древнем языке, а не на более современном арамейском, который стал разговорным после вавилонского плена.
  • В средневековой католической Европе бытовало суеверное мнение, что древнееврейский — это святой язык, на котором общаются с Богом Ангелы и на котором Господь поэтому обращается к нам. Интересно, что такое же мнение было и у самих евреев после рассеяния. Именно по этой причине древний иврит был утрачен окончательно в качестве живого разговорного: на нём не говорили «в быту», считая такое дело кощунством.
  • Святые просветители славян Кирилл и Мефодий, приступив к переводу греческих богослужебных книг и Библии на славянский, тоже столкнулись с противниками богослужений на других языках. В то время бытовала ересь, что Слово Божие и Божественная литургия якобы должны звучать по всей земле лишь на трёх языках — древнееврейском, древнегреческом и латинском. Эти языки «сподобились» быть употреблёнными в тексте Голгофской надписи над главой распятого Спасителя, а потому были объявлены «священными».
    Православное Предание отвергло «трёхъязычную ересь», соблюдая верность изначальному выбору Церкви. Ведь если на заре христианства какие-то языки и могли претендовать на «священный» статус, то это были язык Синайского Откровения — древнееврейский — и язык живой проповеди Иисуса Христа — арамейский (вспомним, с каким благоговением Евангелия сохраняют звучание некоторых арамейских слов). Однако языком Нового Завета стало греческое «койне», понятное тогда наибольшему числу людей в землях восточного и отчасти западного Средиземноморья.

В наше время тоже многие говорят, что Богу можно молиться только на церковнославянском, но ни в коем случае не на русском, украинском или ещё каком-либо языке. Те, кто так считают, называют себя сторонниками и продолжателями дела святых Кирилла и Мефодия. Между тем:

  • Сами святые Кирилл и Мефодий говорили: «Мы же знаем многие народы, имеющие свои книги и воссылающие славу Богу, каждый на своем языке» («Жития святых»).
  • Наш Спаситель Господь Иисус Христос говорил с народом на их родном разговорном языке — арамейском. На этом же языке, а не на древнем иврите, была дана молитва «Отче наш».
  • «В церкви хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтобы и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке» (1Кор. 14:19). «Если я приду к вам и стану говорить (вам) на незнакомом языке, то какую принесу вам пользу?» (1 Кор. 14:6) — говорил апостол Павел.
  • Святитель Игнатий Брянчанинов: «Дух Святый, сообщив Апостолам в день Пятидесятницы знание языков, со всею ясностью указал волю Божию, состоящую в том, чтобы Слово Божие имелось и провозглашалось на всех языках» (т. 7, отдел 2, письмо 111).
  • Одним из первых, кто перевёл Псалтирь на русский язык, был святитель Тихон Задонский. Совершив это дело, он своим авторитетом благословил дальнейшие переводческие труды.
  • Во Франции православные христиане пошли дальше и уже давно служат на ново-, а не старофранцузском языке.
  • Зато в Греции ещё в начале ХХ века на улицах велись кровопролитные бои против перевода Библии с древнего на новогреческий язык: там этот древний язык и так все понимают и не видят смысла в переводе.

Церковнославянский языкСегодня Церковь считает, что богослужебный язык относится к вопросу не догмата, а обряда и может изменяться в зависимости от обстоятельств её жизни.

Раньше наши предки учились своему разговорному языку по церковнославянским Часослову и Псалтири. Читались именно те тексты, которые ребёнок каждое воскресенье слышал в храме. Церковнославянский звучал постоянно, люди хранили благочестие и с самого детства бывали в храме. Знание церковнославянского языка считалось необходимым. Сегодня же его даже не учат в школах. Воспринимать богослужение таким выросшим детям становится всё труднее.

Другая сторона вопроса — как и абсолютно любой перевод, церковнославянский вариант богослужебных текстов далёк от совершенства. Например, молитва преподобного Симеона Нового Богослова из Последования ко Святому Причащению в оригинале написана стихами, удивительно красивыми и звучными. То же относится и к тропарям, кондакам, стихирам, которые поются за богослужением, и к переводу текстов Священного Писания. Так что в будущем вполне допустим новый перевод, который мог бы попытаться передать красоту этих текстов и более точно — значение слов.

Пока отказываться от церковнославянского языка и вместе с ним огромного пласта культурного наследия Церкви никто не спешит. Он красив, в его словах есть ёмкий смысл и духовная глубина. Возможно, примирить сторонников нового перевода и церковнославянского богослужения сможет поновление славянских богослужебных текстов — замена совсем непонятных слов на слова с более ясным смыслом. Ведь в случае перевода богослужения новые тексты «отстанут» от развивающегося современного языка и тоже станут непонятными всего через несколько десятков лет! Так или иначе, вопрос о языке богослужения по-прежнему остаётся открытым.

 

Воскресная школа Борисо-Глебского храмаКак выучить церковнославянский?

Совет 1. Стать участником богослужения

Для того чтобы понять молитвы, нужно стать участником богослужения. Просто сидя дома и читая книжку, язык не поймёшь. В церкви мы не столько изучаем его — мы не учим грамматику, правописание, — сколько живём с этим языком.

А что касается трудностей — все молитвы, и утренние, и вечерние, и читаемые за богослужением, давным-давно переведены на русский и украинский языки. Например, все знают, что «мшелоимство» — это корыстолюбие или накопительство; «непщевати вины о гресех» значит «выдумывать себе оправдание».

Да, есть слова, которые в современной речи несут другой смысл. В Псалтири мы читаем: «Очи мои выну ко Господу» (Пс. 24:15). Нам что, нужно вынимать свои глаза? Нет, «выну» — это наречие «всегда». То есть мои глаза всегда обращены ко Господу.

Апостол Павел пишет: «Гони же правду, благочестие, веру, любовь и терпение» (1 Тим. 6.11). Гнать правду не означает преследовать её, изгонять её из своей жизни. «Гнать» — «стремиться». В данном случае апостол призывает, наоборот, следовать этим добродетелям.

Когда мы ежедневно читаем утренние и вечерние молитвы, постепенно они становятся нашими собственными молитвами. И уже не святитель Иоанн Златоуст словами молитвы кается в своих грехах, а мы выражаем наше раскаяние перед Богом.

 

Церковнославянский языкСовет 2. Изучать язык на приходе в кругу единомышленников

Сегодня есть тенденции читать за богослужением и переводы священных текстов. Я знаю храм, в котором в субботу вечером после всенощного бдения священник читает в современном переводе, а затем комментирует отрывок из апостольского послания, которое будет читаться в воскресенье за литургией. Тогда прихожане понимают его содержание.

Проповеди в храмах Украинской Православной Церкви звучат и на русском, и на украинском, и на румынском, и на других языках. Но языком богослужения остаётся церковнославянский.

В Борисо-Глебском храме Часов Яра, выходя на проповедь, я стараюсь комментировать библейский текст в современном переводе. Поэтому прихожане слышат его уже на двух языках.

У нас проходили литургии с пояснениями. Три воскресенья подряд мы говорили о том, что такое проскомидия, литургия оглашенных и литургия верных, комментируя содержание службы. Были хорошие отзывы о такой практике.

Ещё одна практика — на Пасху читать Евангелие на разных языках мира. В этом году на ночном богослужении мы читали его на семи языках: церковнославянском, греческом, латыни, русском, украинском, грузинском и французском языках. Тропарь Воскресения Христова также поём на разных языках.

В воскресной школе «Княжичи» в нашем храме дети знакомятся с церковнославянским языком и церковным пением, им объясняют смысл богослужебных текстов. Каждый год мы стараемся организовать для детей летний лагерь, в котором учим понимать молитвы и песнопения. Взрослые прихожане ежедневно читают Псалтирь.

На праздник преподобного Нестора Летописца в городской библиотеке Часов Яра мы по традиции проводим встречи со школьниками. В игровой форме, участвуя в викторинах и конкурсах, они знакомятся с церковнославянским языком.

На Борисоглебских чтениях, которые также ежегодно проводит наш приход для школьников, студентов вузов, историков и краеведов, затрагиваются, в том числе, и темы, касающиеся церковнославянского языка.

 

Этот трудный церковнославянскийСовет 3. Не сдаваться перед трудностями

Сегодня ни у кого не возникает вопросов о необходимости изучения английского языка. Люди готовы отдавать большие деньги за занятия с репетиторами, чтобы успешно сдать экзамен по английскому после школы или поехать на работу за рубеж. Они изучают иностранный язык, потому что видят в этом необходимость.

Но когда речь заходит о церковнославянском, на котором уже тысячу лет идёт богослужение в храмах, сразу начинаются рассуждения на тему: устарел, непонятен, нужно менять. Причём, говорят об этом не те, кто старается посещать все службы, а те, кто заходит в храм один-два раза в год и хочет найти себе оправдание.

Поэтому давайте будем смотреть на церковнославянский язык не как на препятствие, а как на часть нашей культуры. Причём культуры высокой, а не обыденной. Давайте прикладывать усилия к изучению языка — и это станет в радость. Живите в православии, ходите в храм, участвуйте в богослужении — и тогда церковнославянский язык станет для вас родным и близким.

Подготовила Мария Цырлина

Цитата дня

«

Нередко от неосторожных слов бывает более бед, нежели от самых дел.

»

Горловская и Славянская епархия. Все права защищены.

Rambler's Top100